Антон Павлович
Чехов
Произведения

Барыня

- Можешь ли ты мне это говорить? - Значит, могу, коли говорю. - Я приказываю! Степан вскочил и захлопнул конюшенную дверь перед носом Максима. Вечером к Степану прибежал из деревни мальчик и рассказал ему, что Максим выгнал Марью из дома и что Марья не знает, где ей переночевать. - Она теперь сидит около церкви и плачет, - рассказывал мальчишка, - а вокруг нее народ собрался да тебя ругает. На другой день рано утром, когда в барском доме еще спали, Степан надел свою старую одежу и пошел в деревню. Звонили к обедне. Утро было воскресное, светлое, веселое - только бы жить да радоваться! Степан прошел мимо церкви, взглянул тупо на колокольню и зашагал к кабаку. Кабак открывается, к несчастью, раньше, чем церковь. Когда он вошел в кабак. у прилавка уже торчали пьющие. - Водки! - скомандовал Степан. Ему налили волки. Он выпил, посидел и еще выпил. Степан опьянел и стал подносить. Началась шумная попойка. - Много ты у Стрельчихи жалованья получаешь? - спросил Сидор. - Сколько следовает. Пей, осел! - Доброе дело. С праздником, Степан Максимыч! С воскресным днем! А вы что же? - И я... И я пью... - Очень приятно... Все это, собственно говоря, очень благополучно и обольстительно, Степан Максимыч! Так-с... А позвольте вас спросить, рублей десять получаете? - Ха-ха! Разве можно барину на десять целковых прожить? Что ты? Он сто получает! Степан посмотрел на сказавшего это и узнал в нем брата Семена, который сидел и углу на скамье и пил. Из-за Семена выглядывала пьянеющая физиономия дьячка Манафуилова и преехидно улыбалась. - Позвольте вас спросить, господин, - заговорил Семен, снимая шапку, - у барыни хорошие лошади или нет? Вам ндравятся? Степан молча налил себе водки и молча выпил. - Должно быть, очень хорошие, - продолжал Семен. -Только жаль, что кучера нет. Без кучера не того... Манафуилов подошел к Степану и покачал головой. - Ты... ты... свинья! - сказал он. - Свинья! К тебе не грех? Православные! Ему не грех! А что в писании сказано, а? - Отстань! Дурь! - Дурь... Ты зато умный. Кучер, а не при лошадях. Хе-хе... Она вам и кофию дает? Степан размахнулся и ударил бутылкой по большой голове Манафуилова. Манафуилов пошатнулся и продолжал: - Любовь! Какое это чувство... Фф... Жаль, повенчаться нельзя. Барином был бы! А из него, ребята, славный барин вышел бы! Строгий барин, развитой! Послышался хохот. Степан размахнулся и в другой раз ударил бутылкой по той же голове. Манафуилов пошатнулся и на этот раз упал. - Ты чего же это дерешься? - закричал Семен, наступая на брата. - Повенчайся - тогда и дерись! Ребята, чего он дерется? Чего ты дерешься, я спрашиваю? Семен прищурил глаза, взял Степана за грудь и ударил его под ложечку. Поднялся Манафуилов и замахал своими длинными пальцами перед глазами Степана. - Ребята! Драка! Ей-богу, драка! Напирай! В кабаке зашумели. Говор смешался со смехом. У кабацких дверей столпился парод. Степан схватил Манафуилова за воротник и швырнул его в дверь. Дьячок взвизгнул и шаром покатился по ступеням. Захохотали сильней. Пароду набилось в кабак полнехонько. Сидор вмешался не в свое дело и, сам не зная за что, ударил Степана по спине. Степан схватил Семена за плечо и швырнул его в дверь. Семен ударился головой о косяк, сбежал по ступенькам и упал мокрым лицом в пыль. К нему подскочил брат и заплясал на его животе. Он заплясал с остервенением, с наслаждением, высоко подпрыгивая. Прыгал он долго... Зазвонили к "Достойно". Степан посмотрел кругом. Вокруг него торчали смеющиеся рожи, одна другой пьяней и веселей. Множество рож! С земли
Иллюстрации

2009-2011 г. Антон Павлович Чехов — биография, творчество, книги
Главная Биография Портреты О творчестве Произведения Иллюстрации Полезные ресурсы
IT-DON - создание сайтов и продвижение сайтов